Зина принялась следить за братом и Розалией и была разочарована, что у них все не так. Они не писали друг другу писем. Или их просто никому не удавалось перехватить? Они не обменивались пылкими взорами, Анатолий не краснел, он и так постоянно румяный.

А Розалия проявляла просто чудеса выдержки. Отчаяние стало овладевать Зиной. Неужели ей не удастся разоблачить строгую гувернантку, вывести её на чистую воду? То-то было бы здорово выставить её на всеобщее посмешище! Что бы она тогда запела о правилах хорошего тона и безупречного поведения? Да и Анатолию бы здорово попало, папаша уж точно бы его выпорол!

Однако постепенно Зина поняла свою ошибку. Она не в то время следила за любовниками. Обнаружив отсутствие гувернантки в комнате после обеда, она принялась следить за ней теперь в это время и была вознаграждена. Оставалось решить, что теперь делать с драгоценной тайной, как с наибольшей пользой её употребить, заставив и братца и гувернантку плясать под её, Зины, дудочку. Как славно! Пусть только попробует теперь заставить её зубрить ненавистные уроки, делать ей замечания о манерах! А Анатолию придется придержать свой язык и престать изводить её насмешками и глупостями!

Глава четвертая

Сердюков с удивлением прислушивался к самому себе. Внутри его некие голоса пели самые разные песни. С одной стороны, уже завтра он должен сесть на поезд и отправиться назад, в Петербург, в привычную горячку службы. Там все покатится по накатанной дорожке. Департамент полиции, сыск, мошенники, душегубцы, погони, головоломки преступлений. И он, Сердюков, в центре всего, он на своем месте, он один из лучших! Прелесть, как хорошо!

Но с другой стороны, совершенно незнакомый голос говорил, что жизнь состоит не только из трудов праведных. Что есть еще теплое море и яркие, с головокружительным ароматом, цветы. Открытая веранда в ресторане, жареная кефаль, маслины и терпкое красное вино в бокале. Высокое небо и ослепительное солнце. Шуршание прибоя о мелкие камешки, по которым так приятно пройтись босыми ногами, обычно запертыми в форменные сапоги. Есть приятная нега в теле и нежелание встать с постели, да и зачем? Нет, это опасный голос, он должен замолчать навеки!